А может, ну его, на фиг.

И были времена, когда урегулятором всех проблем была увесистая дубинка.
Человек, замурзанное всклокоченное существо, пряталось от гнева всесильной природы, вею же, природой, предоставленных убежищах. Оно, существо, любило и обожествлялоприроду и её же боялось и ненавидело. Вот такой оксюморон сложился в ту, доисторическую эпоху.
Время шло, и человек шёл в ногу со временем. Он выпрямился, отмылся, приобрёл узнаваемые очертания. Теперь это стал Человек.
Нечленораздельное ботмотанье плавно перетекло во вполне различимые ругательства,на помощь дубинке в роли урегуляторов пришли колюще-режущие предметы, но он по прежнему любил и обожествлял природу и её же боялся и ненавидел.
Шло время. Число урегуляторов всё увеличивалось. К ним прибавилось огнестрельное оружие. Теперь человек просто любил, но не обожествлял природу и всё меньше боялся её,а всё больше ненавидел.
Человек рос. Рос в самомнении. Теперь он слегка любил природу, слегка обожествлял себя, ничего не боялся и всё больше ненавидел окружающую его настырную среду. Урегуляторы становились всё изощреннее и страшнее. Человек уже не просто не любил природу, онеё дико ненавидел.
Раздувшееся эго человека уже с трудом размещалось на планете. Искривлённые в злойухмылке губы «венца творения» исторгали лишь осанну себе, и хулу окружаещему миру.И стало вдруг природе так обидно — обидно…..
И пришли времена, когда урегулятором всех проблем стала увесистая дубинка.